x
   
 
Авторизация
  Регистрация Напомнить пароль  
 
 
О "Медеу"
ВЕБ Камера
Медеу Летом
Фото галерея
Режим работы
Контакты ВСК
История Медеу
Архивные видеофайлы
Гостиничный комплекс Медео
Прейскурант 2017
Аниматоры
Государственные закупки
Видеотека
Спортивные школы, секции
Прокат оборудования

 
 
 
 
 
 
Главная / Книги /

У нас их скопилось превеликое множество — этих блокнотов, записных книжек, исписанных от первой до последней странички. Мы храним их как зеницу ока. Посторонним вход сюда абсолютно запрещен, и когда журналисты просят нас познакомить их со своими записями, мы обычно отказываемся это сделать. Конечно, в наших блокнотах нет никаких особых секретов, которые мы не хотели бы обнародовать. Но дневник для нас нечто столь близкое, родное, полностью наше, что отдать его в чужие руки просто невозможно.

А вот когда принялись за книгу, пришлось все-таки извлечь и дневники.

Мы листали страницу за страницей и еще раз убеждались в том, что поступали совершенно правильно, описывая так подробно свои тренировки, выступления. Теперь все это выглядит как своеобразное научное исследование психологической, технической и физической подготовки двух спортсменов-фигуристов: мужчины и женщины. Перед нами данные всех экспериментов, объектами которых были мы сами. В блокнотах — и наш пульс два-три раза в день, и мышечные ощущения, восприятие музыки и окружающей обстановки, и все это в совершенно конкретных условиях. Если бы только было терпение, если бы были разработаны особые таблицы, по которым определяется график подведения к лучшей форме, — мы бы могли дать совершенно четкую математически картину того, как, несмотря на незначительные отклонения (по не зависящим от нас причинам), шли мы к намеченной цели.

Дневники мы ведем регулярно, даже несмотря на усталость, на плохое настроение или болезни. Нам важна непосредственность впечатлений. Потом, когда они сглаживаются или обобщаются, — уже не то. Только точные факты, свидетелями которых мы были сегодня, а не вчера или позавчера, — вот что нас интересует.

Мы привыкли быть совершенно откровенными со своими дневниками. В какой-нибудь беседе с корреспондентами или со своими коллегами некоторые детали можно приукрасить или вообще опустить, причем сделать это совершенно непроизвольно.

А с дневниками так поступать мы не можем.

Они — наши самые замечательные друзья, всегда правдивые, всегда точные, всегда объективные, несмотря на свою полную субъективность.

В дни соревнований и предшествующих им тренировок стараемся занести в дневник свои непосредственные впечатления со всеми подробностями и мелочами, незаметными для постороннего взгляда. А когда выдаются дни менее напряженные, когда мы можем больше читать, анализировать, на страницах дневника появляются и заинтересовавшие нас выписки из различных книг, главным образом посвященных искусству, и просто теоретические итоги каких-то наблюдений, ощущений.

Есть одна трудность при ведении этих записей. О ней люди непосвященные и представления не имеют. И заключается эта трудность в том, что, когда описываешь свои композиции, не можешь найти для этого описания нужных слов. Конечно, речь идет не о том, что мы захлебываемся от восторга и поэтому у нас даже слов для выражения не хватает. Просто в фигурном катании терминология разработана плохо, и это совершенно понятно, поскольку этот вид спорта поистине молод и технические новинки появляются ежегодно. Если и здесь проводить какие-то параллели с балетом, то окажется, что балетные постановщики вполне могут увековечить свои постановки, записав их в виде особой партитуры. А у нас это совершенно немыслимо, вернее, запись сможет понять только тот, кто ее делал, а посторонний без дополнительной помощи ничего уяснить не сумеет.

Вот и пестрят наши дневники придуманными впопыхах, но кажущимися нам точными и образными названиями поз — «бабушка в окошке», или «мясорубка», или... В общем, созданием своей точной терминологии фигурное катание еще должно заняться. И это очень важно. Только так мы сможем донести до будущих спортсменов достижения фигуристов прошлого и настоящего.

Возвращаясь к страницам своих дневников, мы иногда удивляемся: неужели некоторые из этих записей сделаны нами, да еще в спешке, да еще без длительного обдумывания? Мы перечитываем иные строки и вновь, уже совершенно сознательно, с позиций опыта, накопленного за то время, которое прошло после сделанной записи, убеждаемся в справедливости наших предыдущих выводов.

Что видим мы в костре ночном?

Сейчас мы процитируем одну из таких записей. Она была сделана незадолго до крупнейших состязаний сезона 1965/66 года. Это не специальная выборка. Мы ничего в этих страничках дневника не правили. Мы оставляем все, как было.

«Тренировке предшествует творчество.

Тренировка—это не механическое многократное повторение законченных комбинаций.

Что же входит в тренировку фигуристов?

  1. Определение идейного смысла, содержания музыки в целом.
  2. Разбор ритмового рисунка.
  3. Отбор выразительных средств — движений, поддержек, вращений, прыжков, спиралей.
  4. Расстановка выразительных средств (их последовательность, в частности).
  5. Художественное сочетание этих выразительных средств в целом.
  6. Учет физиологического воздействия упражнений разных групп и правильное их чередование (вращений, поддержек, прыжков, перебежек).
  7. Учет нагруженности на правую и левую ноги (равномерное распределение этой нагруженности).
  8. Учет мобильности нервной системы партнеров.
  9. Учет интервалов активного отдыха и интенсивных нагрузок в программах. Их правильное чередование.
  10. Удобство для партнеров при составлении и исполнении различных комбинаций движений.
  11. Расположение композиции на площадке.
  12. Поиски наиболее выгодных, «смотрящихся», ракурсов.
  13. Учет размеров международных площадок (это особенно важно при проектировании будущих программ).
  14. Учет коэффициента скольжения для разного льда и даже окраски льда.
  15. Учет высоты потолка в залах, где придется выступать, их освещенности и фона (характер трибун, есть бортик или нет его).
  16. Учет цвета костюмов, в особенности на фоне различных оттенков льда, на фоне трибун со зрителями.
  17. Учет порядка разминки перед соревнованиями.
  18. Учет интервала перед стартом.
  19. Учет психологического состояния окружающих (спортсменов), их поведения.
  20. Учет реакции публики на выступление в целом и на отдельные части композиции (бывает, что аплодисменты заглушают музыку, и к этому тоже надо быть готовыми).
  21. Эмоциональная подготовка.
  22. Заточка коньков.
  23. Застежки, пуговицы, штрипки, шнурки, прическа, приколки, «бабочка», галстук, рубашка, платье.
  24. Пленки (магнитофонные) — тренировочные, боевые, с разными скоростями записи. Пластинки — ЗЗ'/г оборота.
  25. Киноаппаратура и пленки — цветные, высокочувствительные.
  26. Магнитофон портативный.
  27. Костюмы для выхода.
  28. Учет акустических особенностей помещения для соревнований (открытый или закрытый каток).
  29. Учет национального колорита страны, где проводятся соревнования (темперамент зрителей, интеллект, национальный характер).
  30. Учет высоты расположения места для соревнований относительно уровня моря.
  31. Учет температуры воздуха и процента влажности...»

Вот ведь какой огромный список получился. И если в нем нет какой-то особой последовательности — не взыщите. Составлялся он давно и для личного пользования.

Правда, ни один из пунктов не расшифрован. Пока не расшифрован. Потому что те, кто глубже заинтересуется деталями, найдут их, и не раз, в нашем рассказе. А пока... несколько выдержек из дневников, которые окажутся уже более подробными и в которых будет содержаться хотя бы частично расшифровка двух-трех пунктов из тех, которые мы называли. Конечно, творчеством фигуриста в полной мере это не назовешь. Скорее, это свод правил для самоконтроля, каким он является для нас.

«26 ноября 1965 года. Спали хорошо. Пульс: уЛ.— 72, у О. — 44. Давление: у Л. — 103/60, у О. — 90/70.

Тренировка — с 20 часов 45 минут до 24 часов.

Разминка — раздельно.

I  часть программы — 7 раз.

II  часть программы — 5 раз.

III  часть программы. Катали 4 раза. Удовлетворительно. Не вышли только один раз полтора оборота с подкруткой.

Обратить внимание на выход после «лутца» (2) и вход в 1-й прыжок. О. должен раньше отворачиваться от Л. в момент приседа. Л. — «стрелять» ногой при выезде.

IV часть. 4 раза. Удовлетворительно.

V часть. 4 раза. Хорошо.

Повторение I части в конце тренировки. Еще 2 раза. Сделали удовлетворительно.

Пульс: у Л. — 121, у О. — 114.

Бег 10 минут вперед и назад.

После окончания тренировки пульс: у Л. — 85, у О. — 59.

Состояние было нормальное, рабочее.

Только совсем не потеем: холодно на катке, температура минус 10 градусов.

Нужно изменить порядок тренировки...

27 ноября 1965 года. Людмила спала плохо. Олег долго не мог заснуть, но спал удовлетворительно. Днем пульс: у Л. — 65, у О. — 49. Давление: у Л. —95/65, у О. — 100/70. Тренировка — с 20 часов 15 минут до 0 часов 15 минут. После тренировки пульс: у Л. — 93, у О. — 73. Давление: у Л. — 95/70, у О. — 100/75.

На тренировке: разминка — индивидуальная. Прыжки.

Полтора оборота «аксель». О. нужно делать перетяжку внутрь, чтобы не терять линии при выезде.

Двойной «флип». Л. делала очень хорошо, О. — плохо, но, исполняя прыжки вместе, собрался и выполнил.

В чем тут дело: в технике или в нервной настройке-стимуле?

Прыжок в «либелу». Сделан параллельно, но О. нужно немного прыгнуть, а не падать на ногу.

Двойной «сальхов» — индивидуально. Л. — очень хорошо, О. — посредственно, но постепенно настроился.

Людмила в конце замерзла. 15 градусов ниже нуля. Самочувствие у Л. хорошее и вообще всю неделю была бодрая. Даже несмотря на вчерашнюю большую нагрузку. У О. перед катком самочувствие было бодрое, но на льду стал «зевать», на двойном «флипе» не мог собраться.

Интересен факт, что при таком состоянии начинаешь «разбираться» во всех неудобных предварительных положениях и в конечном счете «замахнешься, но не ударишь». А когда свеж, то даже при этих же ошибках прыжки все-таки удаются, так как, видимо, темп и энергичность в какой-то мере компенсируют недостатки в технике.

Но бывает и наоборот. Свеж, а сделать элемент все-таки никак не можешь. Из-за сильного перевозбуждения, что приводит к координационным ошибкам.

Таким образом, для успешного выполнения каждого элемента, вероятно, есть своя степень возбуждения, ее определенные максимальный и минимальный пороги, за пределами которых начинаются координационные «рывки». Очевидно, необходимо расширять диапазон, чтобы стабильно выполнять сложные элементы при пониженной и повышенной возбудимости. Когда мысленное представление о движении почти совпадает (субъективно) с деталями реального движения, тогда элемент удается хорошо. При перевозбуждении мысль как бы обгоняет движение, а при апатии — отстает; в последних двух случаях и бывают чаще всего ошибки.

Наша практика показывает, что наилучшие результаты бывают тогда, когда анализ движения не прекращается и в момент исполнения элемента, до его полного завершения.

Интересен и другой факт. При пониженном тонусе можно как-то себя мобилизовать, вернее, легче это сделать, нежели при перевозбуждении усмирить свою нервную систему, подавить волнение и т. п. На это требуется гораздо больше времени...»

И еще одна тренировка, уже через несколько дней. 3 декабря 1965 года. Это была обычная тренировка, но нам она доставила удовольствие. В особенности Олегу. Вот отрывок из дневника, полностью посвященный Олегу.

«Сегодня я наконец понял, в чем заключается моя ошибка при исполнении двойного «флипа». Дело в том, что я поворачиваю плечи (контрдвижение направо) в момент поворота конька. В результате конек останавливается в тот момент, когда стоит поперек хода, и из-за этого получается скоблящий поворот. Плечи из положения вправо идут внутрь круга, и происходит преждевременная потеря равновесия и оттопыривание толчковой ноги.

Что же нужно делать?

Есть некий закон: если повернешь плечи направо до упора, то их легче затем повернуть налево, они, как бы дойдя до ограничителя, получают отдачу и легче идут в противоположную сторону. Поэтому после «цапы» не нужно крутить плечи преждевременно направо до тех пор, пока конек не завершит свой гладкий поворот. Руки при этом должны быть расслаблены и даже могут перейти внутрь круга, но конек сохранит свое направление (руки не помешают ему). Только после полного завершения поворота конька руки как бы продолжают двигаться влево, но легко останавливаются при подседе на левой ноге и начинают свое движение в противоположную сторону, т. е. направо...»

Замечательное ощущение, когда находишь ошибку, которая так мучительно держала в своем угнетающем плену.

Небольшая ошибочка, а зловредная.

И когда находишь ее самостоятельно, когда вытащил ее все-таки на свет божий, рассмотрел и понял, что с ней надо сделать, ■— весело становится, в себя больше начинаешь верить, в свою восприимчивость, наблюдательность, в свое умение контролировать себя и в любом положении чувствовать свое тело.

Дневники сейчас ведут почти все сильнейшие фигуристы.

Мы можем сказать с абсолютной уверенностью: они необходимы не только ведущим спортсменам, но и каждому фигуристу, даже начинающему. И вести дневник надо не формально. Вести его надо так же, как тренируешься.

Тогда легче будет заметить возможное переутомление, тогда легче будет проследить освоение и понимание элементов и т. д.

Здесь только надо без формализма.

Здесь нужна полная искренность, даже если что-то и покажется поначалу наивным. Этого-то как раз и не надо стесняться.

Словом, будьте откровенны со своим дневником, и он вам поможет в нужную минуту!

 

 
не случайное фото
 
на Медеу
 
Календарь событий
Мое фото на Медео
Новости
Советы от профессионалов
Фигурное катание
Книги
Словарь
Азиада 2011
Чемпионат мира 2012

Поиск по сайту:
THE MEDEU ALPINE ICE ARENA
 
Голосование
Под какую музыку Вы любите кататься?
Результаты  
 
 
  О проекте
Ссылки
  Рейтинг@Mail.ru