Новости

11-12-12 00:00:00

Нина Мозер: «Мы примем меры»

 Тренер Татьяны Волосожар и Максима Транькова рассказала «СЭ», какие выводы были сделаны из выступления российской пары на недавнем финале «Гран-при» в Сочи, где двукратные вице-чемпионы мира дважды упали в произвольной программе. 

— Какое сейчас состояние? На удивление, эта неудача нас сильно мобилизовала, — заметила Мозер, которой я позвонила через несколько дней после соревнований в Сочи.

— Вы говорите «неудача». Хотя Волосожар и Траньков заняли в Сочи первое место…

— Никто не собирается оправдываться, это вообще не в моих правилах. Есть хорошее выражение Джона Кеннеди: «Когда мы сильны, наша сила говорит сама за себя. А когда видна слабость, то никакие слова не помогут». Мы действительно прокатали плохо, слабо для себя. И, поверьте, не испытываем удовольствия от того, что случилось. Наше отношение к прокату произвольной программы в Сочи — негативное. Допустили ряд ошибок, которых не должно было быть. И мы расстроены. Первое время я вообще была в прострации… С профессиональной точки зрения мне интересны причины такого проката. Почему при очень хорошей готовности, которая была у ребят, в Сочи все сложилось именно так? Перед этим турниром мы делали очень большие объемы работы на тренировках. И этот несчастный тулуп исполняли без сбоев даже после тяжелейших прокатов. Срывов не было вообще! Все тренировки на официальном старте были безупречными — за исключением одной-единственной ошибки у Татьяны.

Когда мы начинали делать эту произвольную программу, то сознательно пошли по пути усложнения. Хотя Николай Морозов (постановщик произвольной Волосожар/Транькова. — Прим. Е.К.) считал, что не надо идти на такие вещи. Однако мы взяли на себя смелость, решили попробовать и рискнуть. Получилось 50 на 50 — из четырех соревновательных прокатов у нас было два удачных выступления в произвольной программе и два — не получившихся. При том что ребята, повторюсь, были готовы хорошо. Мы все посчитали, проконсультировались с российскими судьями и приняли решение — не мучиться и пока остановиться на более спокойном варианте. Облегчать ничего не облегчали, но поменяли местами два элемента: спираль и тулуп, который перенесли в обычное место в первой половине программы. Больше не изменилось ничего. Это было логично: если прежний вариант давал только 50-процентную надежность, не имело смысла рисковать. вот мы и решили: попробуем пойти этим путем, а после чемпионата России уже будем делать окончательные выводы.

— Вас как тренера случившееся в Сочи не напугало? Или, может быть, насторожило?

— Напугало — неправильное слово. Пугаться — это какая-то слабость. Если ты разумный человек, то всему стараешься найти объяснение. Я так и делаю. Случившееся с Максимом меня не пугает. У нас с ребятами не так велик срок совместной работы — мы вместе только третий сезон. И за это время каждый из турниров складывался по-своему. Что интересно, когда мы были не в такой хорошей форме, все проходило как-то более спокойно. А тут, как и на чемпионате мира в Ницце: прекрасно готовы — и снова сбой. Хотя до того были и хорошие прокаты, и великолепный процент стабильности.

У меня есть определенные умозаключения по поводу того, что происходит. Но пока я не буду их озвучивать. Сейчас мы выступим на чемпионате России, я проверю свои выводы — и уже потом буду думать, каким путем нужно идти к результату. Это обычная работа. Просто у нас она публичная. И наши ошибки сразу воспринимаются многими как вселенская трагедия.

— Падение в Сочи после неудавшегося выброса, откровенно говоря, выглядело страшно. Особенно для Татьяны, которая с определенного ракурса, казалось, приземлялась чуть не в полушпагат. Но если я правильно понимаю, все обошлось?

— Это мало кто заметил, но на самом деле Максим подставил Тане локоть, а второй рукой держал ее за ногу, чтобы она не разъехалась в шпагат. Тем самым он не дал ей упасть, а потом протолкнул ее над собой вперед. Именно поэтому сам Макс так долго не мог подняться со льда. То есть в той ситуации он не потерял ориентиры и выполнил свою партнерскую работу.

— Я видела ваши комментарии сразу после соревнований в Сочи. Там упоминалось, что перед произвольной программой Траньков сильно нервничал…

— Нервничал — не совсем правильное слово. Хотя таким я его действительно видела впервые. Думаю, это от огромного желания выступить по-настоящему хорошо — особенно после очень успешных тренировочных прокатов. И это желание переросло у него в своего рода аккуратность. Увы, она не всегда дает эффект. Со своего места я видела, что это именно не беспокойство, а желание сделать все очень правильно, грамотно, аккуратно. Но на тренировках мы никогда не шли таким путем. Поэтому Максим и не был похож на себя привычного.

— Вы сказали, что первое время очень переживали. А ребята уже отошли от случившегося?

— Максим себя, конечно, «покушал», да еще с потрошками. Но мы с Татьяной — достаточно спокойные, разумные люди. И, как мне кажется, правильно все оценили и донесли это до него. Рассуждать о том, что уже произошло, нет времени. Да и желания — тоже. Есть работа, которую нужно выполнять. А через падения прошли практически все ведущие фигуристы. Просто мы должны в более ускоренном темпе пережить все то, что другие лидеры проходили за семь-восемь лет совместной карьеры.

— Траньков — человек весьма эмоциональный. Нет опасений, что он сам начнет зацикливаться на этих неудачах? Например, во время этапа «Гран-при» в Москве он после короткой программы пошутил: «Наконец нам удалось справиться с тодесом в короткой программе», вспоминая падение, случившееся у них с Таней на этом элементе в Ницце. Как говорится, в каждой шутке есть доля шутки…

— Максим ведь не сегодня таким стал. Он вообще перфекционист. Бывают такие спортсмены, которые, если так можно выразиться, не думают — просто выполняют все, что им говорят. Им может быть в чем-то проще, потому что голова не устает. А есть другие — те, кто идет путем анализа собственных действий и результатов. Макс — человек с хорошим аналитическим умом. С такими сложнее в эмоциональном плане, потому что они имеют привычку себя «есть». На высшем уровне таких фигуристов, кстати, довольно много. Но при этом они понимают причины своих удач и неудач.

Хотя то, о чем вы спрашиваете, тоже имеет место. Порой, когда Максим говорит что-то подобное, пусть и в шутливой форме, я ему сама советую: не надо какие-то вещи произносить вслух. У меня такое тоже бывает: вербализуешь что-то, а потом —  получаешь… Надеюсь, мы все-таки сделаем правильные выводы и пойдем дальше. Не будем заниматься самоедством, а проанализируем, подкорректируем и продолжим работу. Думаю, самое главное, чтобы спортсмены понимали, чего они хотят в этой жизни, и шли к этой цели. Если мы сильные, то преодолеем все. И те испытания, которые создаем себе сами, и те, что нам посылают.

— Понятно, что после финала все говорят в основном о злополучных падениях в произвольной. Но вы наверняка отметили для себя и что-то позитивное.

— Да. Считаю, что короткую программу мы откатали очень хорошо. Я получила удовольствие от этого выступления Тани и Максима — увидела на соревнованиях то, что регулярно вижу на тренировках. Да и произвольная в Сочи каталась легко. На самом деле те элементы, которые были выполнены, получились хорошими, качественными. Поэтому, считаю, что свои оценки мы заслужили. Ведь за ошибки нас наказали по всем правилам: мы не сделали выброс и получили за него ноль, за два падения судьи сняли два балла, да и «минус» за тулуп тоже присутствовал.

— Каков план работы Волосожар и Транькова до чемпионата России?

— После финала «Гран-при» у ребят был выходной. Мы провели его в Сочи. Немножко подлечились, погрелись, позанимались бедром, которое Максим ушиб в произвольной. Сейчас уже снова тренируемся. Форма у ребят хорошая. Новых элементов у нас нет, и разучивать ничего не нужно. Надо просто поддержать ту функциональную готовность, которая есть. Думаю, нам, во-первых, удастся найти объяснение тому, что произошло в Сочи. И, во-вторых, понять, как избежать этого  в дальнейшем, принять соответствующие меры. Могу сказать, что первые шаги на этом пути уже сделаны.



Òàêæå Âû ìîæåòå ïðîñìîòðåòü:
Роднина: Фигурное катание не может существовать без публики
Ресторан У Афанасича
Плющенко заявлен для участия в чемпионате России по фигурному катанию
Молотов: Туктамышевой для побед нужны более насыщенные программы
Александр Горшков: Хотелось бы отметить наших юниоров
Рейтинг@Mail.ru